Динозавры и история жизни на Земле

Поиск по сайту



Статистика




Яндекс.Метрика




Александр Македонский лишился Александрии

Археологи опровергли традиционную версию об основании египетской Александрии. По их мнению, когда-то могущественный античный город, а ныне туристический и торговый центр не был основан Александром Македонским. Город возник в тех краях задолго до прихода великого полководца, а Александр Великий лишь дал ему свое имя, передает вывод французских ученых New Scientist.

Название «Александрия» давалось Александром всем городам-крепостям, которые он основывал на завоеванных территориях в качестве форпостов. Всего таких имен около 70. Но именно Александрия Египетская стала крупнейшим торговым и культурным центром эллинистического мира. В городе работали ученые и философы Страбон, Евклид, там располагался роскошный дворец царицы Клеопатры.

Согласно традиционной версии, известной из античных трактатов, город был основан примерно в 332-331 годах до н.э.

По одной из легенд, план города предложил сам Александр: великий полководец начертил его, насыпав основные линии зерном, так как под рукой не было мела

План, кстати говоря, оказался крайне недолговечным: его быстро склевали слетевшиеся к ногам полководца птицы. Но наблюдавшие за действиями Александра о потере не жалели: спутники сразу же истолковали все происходящее в том смысле, что новый город станет процветать и кормить многие народы.

Их толкование сбылось спустя всего несколько десятилетий: Александрия стала процветающим портовым городом, поставлявшим, среди прочего, египетский хлеб в разные регионы Средиземноморья. После смерти Александра здесь обосновалась династия Птолемеев, при которых Александрия стала вторым по величине городом античного мира. При них же на территории города построили известнейший Фаросский маяк (одно из восьми чудес света), достигавший высоты 120 м. Маяк разрушило землетрясение в XIV веке н.э.

Такова версия об основании Александрии античных авторов, до сих пор обладавшая авторитетом в глазах многих ученых-историков.

Исследователи из университета Поля Сезанна в Экс-ан-Провансе опровергли эту красивую легенду.

Как сообщает руководитель исследовательской группы Ален Верон, ему с коллегами удалось доказать, что еще задолго до прихода Александра эта часть долины Нила была населена, а на месте легендарной Александрии существовал древний город, возраст которого к моменту появления греческих завоевателей составлял более 2500 лет. Ученые изучили изменения в концентрации свинца, содержавшегося в почве и иле древней гавани Александрии. Им удалось проследить, как со временем менялся уровень содержания свинца, соизмеряя его с радиоуглеродным анализом взятых там же для пробы морских ракушек.

Согласно исследованиям, пики концентрации свинца приходятся на период между 2686 и 2181 гг. до н.э., а затем с 1000 по 800 гг. до н.э.

Как полагают ученые, пики непосредственно связаны с активизацией в соответствующие периоды человеческой деятельности - прежде всего, развитием слесарного дела, рыбной ловли, строительства и судостроения. Закономерно, что следующий всплеск в содержании свинца в почве приходится примерно на 330 г. до н.э. - то есть, на время появления в тех краях армии Александра, а максимум приходится на I в. н.э. - время наивысшего расцвета средиземноморского порта.

Исследования французских специалистов радикально меняют современные представления об истории античного города, а также об истории всего края в целом. Также историкам, очевидно, придется пересмотреть многие факты биографии великого полководца - прежде всего, историю «основанных» им городов-полисов.


«День сурка» наоборот

В США на 83-м году жизни скончался Генри Густав Молисон, известный нейрофизиологам всего мира, как H. M. – человек, который последние 55 лет не мог запомнить ничего нового. Исследуя его, учёные выявили ключевую роль гиппокампа в формировании новых воспоминаний и выяснили, что моторные навыки человек запоминает независимым от основной системы памяти образом.

Как пишет The New York Times, Генри Молисон скончался во вторник вечером в доме престарелых в американском штате Коннектикут из-за отказа дыхания. Уже мёртвого Молисона тут же перевезли в одну из университетских больниц, где учёные всю ночь проводили магниторезонансное сканирование его мозга. Сам мозг после этого извлекли из черепной коробки пациента H. M. и законсервировали для будущих исследований.

Для учёных его мозг не менее интересен, чем мозги Альберта Эйнштейна и Владимира Ленина, до сих пор хранящиеся в разных мировых институтах.

В девятилетнем возрасте Молисона сбил велосипедист, и вскоре мальчика начали преследовать сильнейшие припадки и частые потери сознания. В течение 18 лет его безуспешно лечили, однако припадки становились всё сильнее, и к 27 годам Генри был вынужден оставить свою работу автомеханика. Надежд почти не оставалось, и Молисон согласился на рискованную экспериментальную операцию по удалению двух «извилин» в срединной части мозга.

Припадки прошли, однако в ходе операции хирург случайно повредил гиппокамп пациента – небольшой участок обонятельного мозга, доставшийся людям в наследство от их древнейших позвоночных предков. В результате у Генри Молисона развилась редкая форма корсаковского синдрома, при которой человек помнит своё далёкое прошлое, но не может запомнить ничего нового.

Именно изучая Молисона, нейрофизиологи смогли чётко показать, что за формирование новой памяти отвечают структуры гиппокампа.

Эксперименты на Молисоне, который, по словам работавших с ним врачей, всегда охотно соглашался помочь учёным, также выявили наличие отдельной системы моторной памяти, благодаря которой человек может неосознанно запоминать те или иные навыки – например, как удерживать равновесие на велосипеде. По словам профессора Бренды Миллер из Монреальского института нейрологии, она долго учила Молисона рисовать, глядя на рисунок через зеркало, и через некоторое время пациент сам признался, что этот трюк, который он, как ему казалось, каждый раз делал впервые, «оказался проще, чем я думал».

Точно так же каждый раз, как в первый раз, Молисон пробовал блюда, которых не было в меню до 1953 года, встречал знакомых с ним людей, как незнакомцев – в том числе и Миллер. Впрочем, по её признанию, он был очень дружелюбен, а своих частых посетителей воспринимал как забытых знакомых по старшим классам школы.

В быту Молисон, хотя и жил сначала со своими родителями, а потом с другими родственниками, обходился самостоятельно. Он мог застелить постель и состряпать себе завтрак, однако сосредоточиться на одной работе дольше 20 секунд не получалось. Дальше пришлось бы вспоминать, что было раньше, но вспоминать Молисону было нечего, кроме впечатлений детства и молодости – которые он, кстати, также не мог чётко расположить в хронологическом порядке.

По мнению учёных, случай пациента H. M. оказал чрезвычайно важное влияние на развитие всей нейрофизиологии, особенно западной. Сейчас Бренда Миллер пишет книгу о своих встречах с Генри Молисоном, об исследованиях его удивительной памяти и о том, как они меняли вид всей этой науки. Хотя сам пациент не мог ничего запомнить, на нейрофизиологию он оказал неизгладимое впечатление.