Динозавры и история жизни на Земле

Поиск по сайту



Статистика




Яндекс.Метрика




Две пачки в ген

Японские ученые решили изучить человеческий ген CYP2A6. Он формирует в печени фермент, который регулирует в организме метаболизм никотина.

Никотин – алкалоид, содержащийся главным образом в листьях и семенах различных видов табака. В чистом виде никотин – жидкость с неприятным запахом и жгучим вкусом. При курении табака возгоняется и проникает с дымом в дыхательные пути. Всасываясь слизистыми оболочками, оказывает сначала возбуждающее, а затем, при применении больших доз, парализующее действие. При длительном употреблении никотин вызывает физическую зависимость – одну из самых сильных среди известных наркотиков, однако его психоактивное действие сравнительно слабое.

Как сообщает в четверг New Scientist со ссылкой на Molecular Psychiatry, оказалось, что разные подвиды гена формируют разные степени зависимости от курения. Ученые проверили 200 японцев в возрасте 50 лет и старше, выкуривающих как минимум по 20 сигарет ежедневно.

Примерно у четверти исследованных ген курения присутствовал в форме CYP2A6*1, причем в двойном количестве. Эти люди курили больше всех: в среднем почти две пачки в день.

Курильщики – носители удвоенного гена в форме CYP2A6*4, которая замедляет распад никотина в крови, курили меньше других. Также удалось прояснить некоторые детали функционирования других форм гена – CYP2A6*7 и CYP2A6*9. По предварительным данным, они также уменьшают потребность в табаке.

Также в четверг стали известны результаты исследований канадцев, посвященных тому же гену. По словам Рэчел Тиндэйл из университета Торонто, разные подвиды гена CYP2A6 могут повлиять на уровень никотина, который организму удается извлечь из никотинового пластыря – распространенного средства, облегчающего отказ от курения. Людям с быстрым метаболизмом никотина (подвид *1) требуется большее количество пластырей по сравнению с теми, у кого скорость метаболизма невысока (подвид *4). «Но ведь два-три лишних пластыря все равно лучше, чем папироса», – настаивает профессор Тиндэйл.

Однако ген CYP2A6 – не единственный, кто отвечает за «заядлость» курения.

Тот же самый ген DRD2, вероятно, предопределяет и алкогольную зависимость. Американские ученые из Национальной лаборатории Брукхэйвена в 2001 году разработали на основе этой его особенности генный метод борьбы с алкоголизмом. В качестве пробного эксперимента они споили крыс. Затем с помощью ослабленного вируса животным ввели ген в область мозга, отвечающую за пристрастие к алкоголю. Через три дня восприимчивость крыс к дофамину повысилась, а доля выпиваемого спирта в общем объеме выпиваемой жидкости снизилась на 43%. А другая партия крыс, которую начали спаивать уже после введения гена, вообще напиваться не хотела.

Например, в 2003 году группа ученых под руководством Карин Лерман (Медицинский центр Джорджтаунского университета) обнаружила еще два гена, которые влияют на страсть к никотину. Дело в том, что поступающий в кровь никотин повышает уровень дофамина в мозгу, от чего курильщик субъективно ощущает как физический, так и интеллектуальный подъем. А взаимодействие определенной формы генов SLC6A3 и DRD2 увеличивает в итоге выработку дофамина. Так что обладающим этими формами генов людям и так хорошо, и курить им не хочется.

В то же время генная терапия вряд ли окажется панацеей в борьбе с курением. Опросы социологов показали, что самые распространенные причины, по которым люди начинают курить, имеют мало отношения к физиологии.
По данным ВЦИОМ, только 13% опрошенных курят потому, что им нравится вкус и запах табака. Остальные затягиваются либо по привычке, либо ради поддержания компании, либо чтобы казаться взрослее. Ну, в крайнем случае, чтобы сделать перерыв в работе.

О том же говорит и лидер Международной организации по борьбе с курением Нэй Делави: «Медицински обоснованные методы борьбы с курением – это, конечно, прекрасно. Но не надо забывать, что захватывающий эффект никотина никак не может быть объяснен генетическими факторами – только психологическими».